Возрождение казачества Юга России

курсовая работа

1.2 Процесс возрождения казачества: основные этапы

Развитие казачьего движения за последние двадцать лет можно разделить на два периода.

Сначала, в первой половине 1990-х гг. было массовое движение снизу. Тогда широкие массы видели в казачьем движении значимую духовную и социальную основу, способную дать людям нравственные и ценностные ориентиры, призванные преодолеть духовную и социальную дезориентацию и способные стать альтернативой индивидуалистическому аморализму "постперестройки". Начавшийся в то время стихийный процесс возрождения казачества характеризовался массовым энтузиазмом и широкой поддержкой населения. Но стихийное казачье движение с самого начала было спонтанным и противоречивым явлением, никаких четких общепонятных идей и духовных ориентиров оно не имело и не выработало. Это движение ничего российскому обществу не дало, так как было замкнуто в себе.

Почти сразу же после возникновения широкого движения началось превращение казачьих организаций в формальные, подконтрольные властям структуры, с неясными целями и задачами. В результате начиная с середины 1990-х гг. авторитет казачества в обществе начал падать, нарастали процессы самозамкнутости казачьего движения, его клановости и формализации. Не будет преувеличением сказать, что в этот период шла ликвидация казачества как особой исторически сложившейся социальной и этнокультурной общности и подмены ее более удобным властям формализованным суррогатом. Велась сознательная и планомерная политика по лишению казачества широкой опоры в обществе и недопущению процессов социальной самоорганизации в нем на основе идей "казачьего возрождения".

Ещё в 1994 г. был принят первый "ельцинский" закон о казачестве, направленный на то, чтобы взять под контроль стихийный процесс народного движения за возрождения казачества. Однако данный закон совершенно не определил функции казачьих организаций, правовая база для казачьего движении определена не была. Не давалось четкого определения понятия "казачество", не фиксировалась его этнокультурная самобытность, отчего затруднялось предоставление каких либо прав и компенсаций предусмотренным законодательством о репрессированных народах. И начиная с 1995 г., казачье движение оказалось расколото на две группировки: "реестровых" -- изъявивших желание служить государству, и "общественников" -- сохраняющих независимость от государства.

Тем не менее, Закон 1994 г. дал казачьему движению некоторое госфинансирование и льготы, что позволило многим, удобным властям людям, надев живописные казачьи костюмы с серебряными погонами занять места в новообразованных "казачье-бюрократических" структурах. Тут же началась разного рода внутренняя борьба за близость к власти и финансам. В середине 1990-х гг. было сделано все возможное, чтобы превратить казачье движение в закрытую, малопонятную для общества и подконтрольную властям аморфную организацию. Всё это серьезно дискредитировало казачье движение в глазах российского общества. Уже вскоре после начала процесса стихийного возрождения многие (особенно образованная и интеллектуальная часть) из казачьего движения стали уходить. Однако здоровое духовное и культурное ядро в казачьем движении, хотя, подчас, и вытесненное на его периферию, существовало все эти годы. Оно-то и спасло казачье движение от развала. Это ядро -- русское офицерство. Подвижники и энтузиасты, отставные и действующие офицеры, казаки по происхождению, искренне болели душой и за казачью идею, сохраняли духовную и интеллектуальную основу казачьего движения.

Второй этап возрождения казачества имеет место с середины 2000-х гг. по настоящее время. Однако на этом этапе политика государства в отношении возрождения казачества была крайне непоследовательна: в принятом уже в 2005 г. Федеральном законе «О государственной службе российского казачества» Федеральный закон от 05.12.2005 № 154-ФЗ (ред. от 03.06.2009) "О государственной службе российского казачества" // Парламентская газета. - 09.12.2005; 09.06.2009. под казачеством понимаются только «граждане Российской Федерации, являющиеся членами казачьих обществ» (которые суть «добровольные объединения граждан в форме некоммерческой организации»). Признание казачества субэтносом как раз накануне принятия этого закона оказалось как бы забыто. 3 июля 2008 г. Президентом РФ была принята новая «Концепция государственной политики Российской Федерации в отношении российского казачества» Концепция государственной политики Российской Федерации в отношении российского казачества от 3 июля 2008 г. // Государственная власть и местное самоуправление. - 2008. - № 9. - С. 7-10.. Однако и там речь идёт в основном о создании «условий для возрождения государственной службы российского казачества». Не говорится ни о возрождении национальных традиций казачества, ни о национальном принципе отбора в казачьи войска, не говоря уж о территориальной реабилитации.

В целом, возникшее в конце 1980-х годов движение за возрождение казачества, ставит, говоря откровенно, недостижимые цели, действуя испытанным большевистским методом «проб и ошибок». Ему не достает глубины в осознании процесса возрождения. Современные казачьи атаманы и рядовые казаки должны понять, что возрождение донского казачества сегодня невозможно осуществить, вернув его к тому же виду, какой оно имело в досоветский период. А если учесть, что за несколько веков своего существования казачество претерпело существенные социокультурные изменения, то ныне нужно четко установить, какие традиции, какое культурное наследие будут привнесены в современную жизнь населения бывшей Области Войска Донского.

Главная трудность процесса возрождения связана с утратой той совокупности различных знаковых систем, которая обуславливала наличие культурного центра и самостоятельных образований внутри него (например, урюпинское, хоперское, вешенское и т.д. казачество). Сохранившееся различие казачьих культур Юга России неизбежно приводит не к возрождению исключительно донского казачества, а к объединению возрожденческих инициатив целого региона -- Дон, Кубань, Терек.

Но если для Дона Новочеркасск по-прежнему в общественном мнении остается культурно-исторической столицей казачества, то этого нельзя сказать о Тереке и Кубани, где существует проблема исторического центра в силу тех или иных причин. Казачье движение, начавшееся как стремление к культурному возрождению Области Войска Донского, естественно, принимает вид движения за восстановление транспериферийности, без чего невозможна ее культурная целостность.

Данная тенденция в процессе возрождения, как показывает практика, несет с собой опасность замыкания инициативы на политических целях. В последнее время казачье движение порою приобретает лишь форму борьбы за власть. Появляется реальная опасность того, что оно станет чисто политическим движением. Тревожную тенденцию отхода нового казачества от идеи культурного возрождения подтверждает сосредоточение внимания на восстановлении атрибутивной знаковой системы, имеющей военно-политическое содержание -- форма, шашки, нагайки, знаки различия и т. д.

Если эта тенденция сохранится, и в казачьем движении не будут развиваться собственно культурные начинания, то к Новочеркасску не вернется роль культурной столицы, ибо в этом случае Ростов-на-Дону, как административный центр, неизбежно останется сосредоточием политической жизни Дона.

Делись добром ;)